Все-таки поэзия намного ближе к музыке и даже подчиняется одним законам. Поэзия требует подготовки к чтению, сочетания настроения, внутренней гармонии.

Даже погода для чтения поэзии нужна особая. Лучше всего дождь или снег. С прозой попроще. Просто взять роман, привыкнуть к ритму текста, дыханию и все. Можно отложить, продолжить позже. Обычная практика. С поэзией все не так.

Попробуйте-ка начать читать цикл стихов, потом поставить паузу и пойти пить чай. Пропадет очарование в один момент.

Поэзия – дело личное. Камерность чтения помогает найти один тон с автором, иначе зачем тогда вообще тратить время? Чтение стихов на стадионе превращает искусство в балаган, где все слышат, но никто не слушает.

В прозе еще можно простить автору плохой оборот или натужную конструкцию. Там еще остается много пространства, чтобы автор успел спохватиться и увлечь читателя поворотом сюжета или грандиозностью событий. У Льва Толстого это точно получалось.

В стихотворении любая ошибка – роковая. Любой промах смертелен. Обижаешься на автора как на продавца румяных червивых яблок.

Зато если все удалось, все сложилось, впечатление от текста сравнимо с первым поцелуем, тем самым, который «с водой морскою схож».

Жалею вас, приверженцы фатальных дат и цифр, -
Томитесь, как наложницы в гареме!
Срок жизни увеличился – и, может быть, концы
Поэтов отодвинулись на время!

Высоцкий прожил чуть дольше, чем роковые 37 – 42 года.

Я родился от почтенных, небогатых, или, чтобы сказать правду, почти
бедных родителей, флорентийцев родом, но изгнанных из отчизны, – в Ареццо, в
изгнании, в год этой последней эры, начавшийся рождением Христа, 1304-й, на
рассвете в понедельник 20 июля.

Франческо Петрарка. Письмо к потомкам